Природоохранное системное проектирование
English
Природоохранное системное проектирование

Важнейшей особенностью Института «Кадастр» следует назвать ориентацию на творческое внедрение результатов научных исследований в области устойчивого развития в практику рационального природопользования и охраны окружающей среды. Это не случайно, поскольку развиваемая нами социокультурная методология управления природоохранной деятельностью в значительной степени представляет собой общую теорию прикладных научных исследований и проектных разработок по последовательной реализации целостного подхода к системе «Человек—Общество—Природа» на основе единства современного научного знания и гуманистических ценностно-мировоззренческих установок.

Ценности развития всегда — в явной и неявной форме, в большей или меньшей степени — присутствуют в мотивации природоохранного проектирования. Их важнейшей особенностью является одновременно онтологическая и социокультурная обусловленность. Следует отметить, что впервые глобальная Концепция Целей устойчивого развития (ЦУР) родилась на конференции ООН по устойчивому развитию «Рио+20» в 2012 году. В ЦУР избран подход, при котором все три аспекта устойчивого развития — социальный, экономический и природоохранный — интегрированы между собой. Экологические ценности входят в системы ценностей [1]. Руководствуясь экологическими ценностями, проектировщики, с одной стороны, определяют целевые приоритеты планируемых преобразований и способы их достижения на основе имеющихся инженерных знаний, с другой стороны, они ограничивают свои решения социокультурно обусловленным диапазоном выбора вариантов, приемлемых с их точки зрения.

Мы также исходим из того, что теория устойчивого развития ориентирована в будущее и предполагает поддержание благоприятных условий в биосфере, повышение ответственности людей за свои поступки в отношении природы — расширение использования категорий добра и зла. Поэтому для целерациональной природоохранной деятельности актуальным остается категорический императив Э. Канта: «Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же, как к цели, и никогда не относился бы к нему только как к средству» [2].

Это определяет описание будущих событий в категории долженствования и постановку принципиально новых методологических проблем проектирования природоохранной деятельности [3] (в широком смысле) на основе специального, целеориентированного синтеза естественных, гуманитарных и технических знаний. При этом возрастает роль экологической этики, которая, согласно Х. Йонасу, должна постепенно стать «этикой, ориентированной на будущее» (Zukunftethik): сегодня необходимы «дальновидность прогнозов, широта взятой ответственности (перед всем будущим человечеством) и глубина замыслов (вся будущая сущность человека), и ... серьезное овладение властью техники...» [4].

Как справедливо отмечает выдающийся ученый современности П.Г. Кузнецов [5], в едином процессе проектирования будущего состояния системы «Природа—Общество—Человек», как творчестве [6], переплетаются два сопряженных процесса: (1) логика мышления (исследования) — от «природы к идее»; (2) логика конструирования — от «идеи к природе». Синтез этих логик необходим для проектирования устойчивого развития на основе закона развития Жизни [7].

Природоохранное системное проектирование, реализующее способность Человека к творчеству в условиях признания глобальных экологических рисков и априорной неполноты имеющихся знаний, выражает деятельностное смещение этических отношений в системе «Человек—Общество—Природа» в сторону нахождения лучшего сочетания автономии разума с самодовлеющим достоинством природы. По нашему мнению, этого нельзя добиться без гуманизации природоохранной деятельности, а процесс проектирования развития антропоприродных геосистем должен включать ценностную составляющую и учитывать социокультурный контекст [8].

В условиях нарастания рискогенности развития человечества важность идей гуманизации в теории и практике планирования развития территорий существенно возрастает. Примером может служить одно из наиболее перспективных направлений, развиваемое Институтом «Кадастр», получившее название «Город для женщин и детей», которое по-новому выявляет и формулирует социально-экологические проблемы урбанизированных территорий [9]. Основа такого гуманизированного концептуального подхода заключается в создании комфортной, дружественной для человека городской среды, с особым вниманием к интересам наименее защищенных социальных групп, с которыми связано будущее, — детей и женщин с детьми. Соответствующие методы планирования пространства городов и населенных пунктов сосредотачивают внимание на предоставлении детям и молодежи достаточных возможностей для игр в целях свободного развития личности. В игре они познают социальный и материальный окружающий мир, учатся понимать и изменять его; благодаря игре они познают свои возможности. Поэтому озеленение улиц, организация уютных дворов и игровых площадок приобретают новый содержательный смысл.

Такой подход имеет достаточно глубокие исторические корни — уже в начале 30-х годов XX века в своем исследовании в Германии на материале Гамбурга Марта Мухо указывала на то, что во всем жизненном пространстве ребенка улица ближе всего к его детскому восприятию. Ее работа «Жизненное пространство ребенка в большом городе» [10] и сегодня воспринимается как новаторская — она первой ввела понятие «пространство для игры и блужданий детей». Она была вынуждена прекратить свои исследования в 1933 году, поскольку они уже больше не соответствовали маскулинной картине времени, города и общества последующего периода. Сегодня в большинстве городов изменилось уличное пространство, и возможности для игр детей стали весьма ограничены. Место, исконно принадлежавшее детям, заняли автомобили. С другой стороны, возросли возможности для игр в особых местах, изолированных от улицы. Складывается впечатление, что для тех, кто занимается дорожным и городским планированием, дети как пользователи улиц, и особенно тротуаров, стали редкостью.

Особую ценность при гуманизированном подходе к городскому планированию приобретает и Дерево — как часть Природы и Образ — которое, благодаря своей зелени, игре света и тени, привносят в пейзаж сильный эмоциональный компонент, затрагивающий душу и придающий пространству своеобразие, привлекательность и комфорт. Городские деревья выполняют и незаменимые экологические функции (поглощение углекислоты, снижение загазованности воздуха, предотвращение попадания пыли в жилые помещения, снижение уровня шума и т.д.), улучшают тепловой режим на улицах города и в домах (снижение температуры воздуха в жаркий период и уменьшение теплового излучения в холодное время). Поэтому сохранять и приумножать их количество — важная задача в процессе создания гуманного образа города и его устойчивого развития.

Идея гуманизации процессов городского природообустройства находит отражение в новых образах и мифах. Так, победе Жизни был посвящен всемирно известный перфоманс выдающегося немецкого классика-постмодерниста Йозефа Бойса (1921-1986) [11]. Начиная с города Касселя (Германия), от здания театра [12] он начал высаживать дубы, у каждого дерева устанавливая каменную стелу [13], мечтая реализовать такую акцию во всех городах, до России, символизируя победу Жизни над Смертью. Возможно, в этой инициативе нашли отклик личные мотивы бывшего военного летчика, сбитого над советской территорией, обгоревшего и чудом возвращенного к жизни. Организацией посадки деревьев тогда руководил ландшафтный архитектор, начальник управления зеленого хозяйства города Касселя Х.Й. Таурит. С его слов, Й. Бойс хотел показать, что, пока дерево маленькое, его защищает неживая Природа, и маленький росток кажется слабым и беззащитным. Но затем, когда дерево, как живой символ, вырастает, роль меняется, и камень у его ствола кажется относительно малозначимым в сохранении и развитии Жизни...

Сегодня 7000 дубов Касселя — всемирно известное произведение постмодерна Йозефа Бойса. Он не рисовал деревья, как художники прошлых лет, в его руках было новое, действенное, живое искусство. Задумывая проект, Йозеф Бойс предполагал, что это станет только началом — проект подхватят в других городах и странах, и высаживание деревьев не прервется. В чем-то Бойсу это удалось: его проект, пусть и не в таком масштабе, повторили в Америке, Ирландии, Финляндии, Канаде. Не везде высаживают именно дубы, заменяя их деревьями других видов. Так, в городе Ярославле в конце 90-х годов под руководством Х.Й. Таурита в «Парке дружбы» были посажены первые деревья «по Бойсу» — каждому дереву, как символу городов-побратимов, сопутствовал камень. Мы гордимся, что смогли поддержать инициативу Х.Й. Таурита по реализации мечты Й. Бойса в России [14]. В городском сквере Сортавалы (Республика Карелия) также имеются аналогичные посадки — дерево и камень.

Изложенные принципы позволяют по-новому взглянуть на практику городского планирования и предложить новые решения по улучшению пространства для игр детей в городе. Безусловно, концепция развития «Город для женщин и детей» не может быть реализована сразу. В то же время шаги по реализации такого подхода, ориентированного на устойчивое развитие, реально возможны, поскольку относительно малозатратны и дают хороший социальный и экологический эффект. Практика разработки и реализации подобных программ показывает, что такие меры позволяют смягчить последствия экономического кризиса для наименее защищенных групп населения — женщин и детей, сделать города более привлекательными для жизни, чем это наблюдается на данный момент.

При проектировании будущего сегодня как никогда важно учитывать социокультурный контекст, поскольку, как отмечал еще Хантингтон, в XXI веке «... на авансцену выдвинулись различия, взаимодействия и конфликты между культурами». Это стало настолько очевидно, что практически все «обращаются к культуре как центральному фактору, объясняющему человеческое, социальное, политическое поведение» (2003) [15]. Проектировщик (в широком понимании этого слова), реализующий в своих преобразовательных намерениях подходы устойчивого развития, обязан предварительно оценить экологические и социальные результаты своих действий и в случаях, когда перевесят негативные последствия, даже в сомнительных случаях, отказаться от своей технической идеи. Созвучна этой мысли позиция одного из крупнейших географов ХХ века Гильберта Уайта, который ее четко сформулировал: «... я ясно чувствую, что не должен начинать исследование, если оно не обещает результатов, которые позволят продвинуться к целям, волнующим людей, и пока я не буду готов предпринять все практические шаги для превращения результата в действие» [16]. Иными словами, проектировщики не должны разрабатывать такие технические решения, внедрение которых вызовет деградацию природы или рост нищеты населения, ибо подобные технологии оказываются «неустойчивыми».

Используемый междисциплинарный комплексный эколого-социально-экономический подход к системному проектированию природно-антропогенных комплексов на устойчивой основе предполагает не только соответствующую организацию, но и приоритетное применение методических разработок в области системного инжиниринга. Он в настоящее время все шире используется при проектировании сложных, инновационных систем, предполагая повышенное внимание к организации междисциплинарного взаимодействия, поскольку люди с разным типом мышления и с различающейся профессиональной специализацией с трудом понимают друг друга. Не менее важным является разработка требований к проектируемому состоянию природно-антропогенных комплексов с учетом подходов устойчивого развития, ибо если требования плохие, то все остальные усилия, процессы и инструменты лишь помогут как можно быстрей создать плохой продукт: что посеешь, то и пожнешь. Современные ГИС-технологии и методы специального комплексного моделирования создают новые возможности для реализации таких задач и позволяют существенно повысить качество управленческих решений с позиций повышения капитала устойчивости территорий.

Опыт Института «Кадастр» показал, что до 80% ошибок, влекущих за собой низкое качество конечного продукта (проекта природно-техногенного комплекса, программы развития территорий и т.п.) закладываются еще на стадии разработки технического задания (ТЗ). Поэтому применение подходов устойчивого развития, предусматривающих учет экономических, социальных и экологических последствий инженерных решений уже на стадии определения исходных параметров проектирования, следует считать важнейшей составной частью системного инжиниринга в сфере рационального природопользования и охраны окружающей среды; а синтез подходов устойчивого развития и системного инжиниринга в природопользовании — важнейшей научно-прикладной задачей государственной важности.

В общем виде ТЗ на разрабатываемый проект природно-техногенного комплекса, планировочного проекта земле- и природопользования, программы экологического развития территории и т.п. должно содержать четкое описание назначения объекта проектирования, перечень выполняемых им функций и список предъявляемых к нему требований. Составление ТЗ — сложнейшая и ответственная задача: многие данные еще не известны, но то, как задание будет поставлено, способно облегчить или затруднить последующее проектирование.

Опасно недооценивать и риски информационной обеспеченности. Так, стоит принимать во внимание слова Ли Якокки: «... беда в том, что .... у тебя 95% информации, а для того, чтобы собрать недостающие 5%, тебе понадобится еще шесть месяцев. За это время все факты устареют, потому что рынок развивается гораздо быстрее. Самое главное в жизни — все делать вовремя. ... главная задача состоит в том, чтобы собрать все важные факты и точки зрения, которые вам доступны. Но в какой-то момент надо начинать действовать решительно. Во-первых, потому, что даже самое правильное решение оказывается неверным, если оно принято слишком поздно. Во-вторых, потому, что в большинстве случаев не существует такой вещи, как полная уверенность. Вам никогда не удастся собрать все 100% информации. К сожалению, жизнь не будет ждать, пока вы оцените все возможные просчеты и потери. Иногда надо просто двинуться вперед наудачу и исправлять ошибки по ходу движения» [17].

Реализовать такой подход в проектировании возможно только при специальной подготовке инженеров, которые должны постоянно помнить о том, что: (1) проблемы технологического развития общества и окружающей среды неразделимы и их необходимо решать совместно, а также, (2) что решения придется принимать в условиях априорно неполной информации, однако это не освобождает от обязательств по минимизации экологических рисков.

Достижение Института «Кадастр» — это опытные высококвалифицированные кадры, способные решать такие системные задачи повышенной сложности в сжатые сроки и в условиях неопределенности. Широкое применение вычислительной техники, прогнозирования с использованием математических моделей, подключение к международным метабазам данных позволяет существенно снизить риски неверных решений и ускорить процесс проектирования.

Именно наличие специалистов с уникальным опытом и знаниями, возможность и практический опыт сетевого привлечения к решению отдельных задач лучших высококвалифицированных российских и зарубежных экспертов позволили успешно применять системно-деятельностный подход как синтез подходов методологии устойчивого развития, социокультурной методологии управления природоохранной деятельностью и методов системного инжиниринга в природопользовании при разработке проектов природопользования и охраны окружающей среды на региональном и местном уровнях, региональных схем охотустройства, планов развития особо охраняемых природных территорий (ООПТ), проектов санитарно-защитных зон промышленных предприятий и промышленных узлов с использованием методологии оценки рисков, проектов зон санитарной охраны источников водоснабжения и др. Разрабатываемые документы всегда нацелены на результативную увязку в единую систему мер правового регулирования, направленных на экономическое стимулирование экологически ориентированного «зеленого роста», и практических мероприятий по улучшению состояния окружающей среды и организации мониторинга.

Основные направления природоохранного системного проектирования Института «Кадастр»:

[1]
Под системой ценностей понимается группа связанных ценностей, которые формируют единую систему и укрепляют друг друга. Они закреплены в религиях или традициях гуманизма.
[2]
Кант И. Основы метафизики нравственности // Сочинения в шести томах. М.: «Мысль». Т. 4. Ч. I. С. 211-310.; Кант И. Критика практического разума: пер. с нем. СПб.: Наука, 1995. 528 с.
[3]
Существует много определений термина «проектирование»; чаще всего под «проектированием» подразумевают практическую деятельность, направленную на удовлетворение новых потребностей людей. Слово «проект» еще применяется в значении «программа», «план действий» (авт.).
[4]
Йонас. Принцип ответственности. Опыт этики для технологической цивилизации / Перевод с нем., предисловие, примечания И. И. Маханькова. М.: Айрис-пресс, 2004.
[5]
П.Г.Кузнецов, д.ф-м.н., с 1977 года являлся Главным конструктором Ставки Верховного главнокомандующего (на особый период) в соответствии с постановлением ВПК и ГКНТ за № 480-278.
[6]
Творчество сегодня рассматривается преимущественно как целеориентированный процесс деятельности, создающий качественно новые материальные и духовные ценности, или итог создания объективно нового (авт.).
[7]
Цит. по Большаков Б.Е., Кузнецов О.Л. П.Г. Кузнецов и проблема устойчивого развития Человечества в системе природа—общество—человек. М.-Дубна, 2002.
[8]
Гумани́зм (от лат humanitas — «человечность», humanus — «человечный», homo — «человек») — этическая жизненная позиция, утверждающая, что человеческие существа имеют право и обязанность определять смысл и форму своей жизни. Гуманизм призывает к построению более гуманного общества посредством этики (в т.ч. и экологической — авт.), основанной на человеческих и других естественных ценностях, в духе разума и свободного поиска, за счёт использования человеческих способностей. URL: http://iheu.org/humanism/what-is-humanism/
[9]
Таурит Х-Ю., Фоменко М.А. «Город для женщин и детей» — новый подход к планированию устойчивого развития городских поселений // Управление природопользованием для устойчивого развития. Ярославль, 1998. — С.93-106.
[10]
Muchow, Marta; Muchow, Hans-Jurgen: Der Lebensraum des Grossstadtkindes, 2. Aufl. Bensheim 1980.
[11]
По словам Й. Бойса, 19 мая 1933 г. (т. е. в тот период, когда нацистская партия начала устраивать массовые акции по сжиганию неугодной литературы) во дворе своей школы он спас книгу «Система природы» Карла Линнея «... из этой большой, пылающей кучи».
[12]
г. Кассель — побратим г. Ярославля.
[13]
Во время международной арт-выставки «Документа» в Касселе (1982): огромная куча базальтовых блоков, выложенная перед зданием музея, постепенно разбиралась по мере того, как высаживались деревца (Rosenthal M. Joseph Beuys: Actions, Vitrines, Environments. L.: Tate, 2005).
[14]
Целевая программа «Зеленый Данилов — город для женщин и детей». План действий администрации Даниловского муниципального округа по рациональному использованию природных ресурсов и охране окружающей среды на 1997-1998 гг. / Х.-Ю. Таурит, Г.А. Фоменко, М.А. Фомекно и др. Ярославль, 1997; Предложения по улучшению социальной и экологической обстановки в поселке Пречистое Ярославской области (Предложения с применением новых подходов к планированию жилого пространства) / Х.-Ю. Таурит, Г.А. Фоменко, М.А. Фомекно и др. Ярославль, 1999
[15]
Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: ООО «Издательство АСТ», 2003. 603 с.
[16]
Уайт Г. География, ресурсы и окружающая среда. М.: Прогресс, 1990.
[17]
Ли Якокка Карьера менеджера. М.: Прогресс, 1991